ДИСКЛЕЙМЕРПРАВИЛА ФОРУМАСЮЖЕТОПИСАНИЕ МИРА
ГОСТЕВАЯ КНИГАЗАНЯТЫЕ ВНЕШНОСТИРОЛИАНКЕТА
НУЖНЫЕ ПЕРСОНАЖИАРХАНГЕЛЫСОПРОТИВЛЕНИЕ

В мире ролевой игры «REVELATIONS» конец света уже наступил. Он не стал концом человечества, но положил начало новому миру. Миру, которым правят Ангелы. Мрачному постапокалиптическому миру, в котором из всех добродетелей есть место только смирению. Дерзнете ли вы?
16.02. Метатрон внезапно, как всегда, составил кроссворд для игроков. Разгадавшие его полностью получат небольшие подарки на память.

24.02. В ближайшие дни ждите новостей и некоторых изменений в развитии первоначального сюжета.
В ИГРУ ТРЕБУЮТСЯ ГАБРИЭЛЬ, РАФАЭЛЬ И УЧАСТНИКИ СОПРОТИВЛЕНИЯ.
Рейтинг форумов Forum-top.ru Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
В эту ночь Метатрон не спал. Ангелам и без того не нужно много часов для отдохновения, но он презрел и их. Всё это время, начиная со вчерашнего вечера, Метатрон провёл на работе. Ему нужно было многое устроить, о многом договориться и решить. Ему принадлежала... читать далее Кажется, момент, когда ситуация вышла из под должного контроля остался где-то далеко позади. Утёк, как песок сквозь пальцы, оставляя за собой только ров мыслей, опустись в который – не выберешься. Уриэль неоднократно задавалась вопросом, почему Они, пришедшие... читать далее - Захлопнись, чувак, - закатывает глаза Сатанаил… и демонстрирует брату средний палец.
Когда-то давно он делал так только для того, чтобы позлить Бальтазара – подавлял многое устроить, о многом договориться и решить. Ему принадлежала... читать далее

REVELATIONS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » REVELATIONS » ГЛАВА II: БЫЛОЕ И ГРЯДУЩЕЕ » Hey there Delilah


Hey there Delilah

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Участники: Sachiel, Delilah Manson
Дата и время: за 3 месяца до основных событий.
Описание: Преданность Далилы Небесному Царству сравнима лишь с ее же любовью к ангелу. Любовь Сашиеля к человечеству сравнима лишь с его же чувством долга. Уничтоженная цитадель приводит их к точке пересечения всех этих прямых.
Hey there Delilah
I know times are getting hard
But just believe me girl

0

2

Когда он вернулся домой, он, не останавливаясь, дошел до своей спальни и через нее прошел в ванную. Обычно он всегда проверял, как там Далила, он всегда волновался за нее, когда не был в Небесном Городе. Но не сейчас, сейчас он не хотел и не мог видеть никого. Дрожащей рукой ангел включил холодную воду и уперся ладонями в края раковины, тяжело дыша.
Хотел бы он утопиться в этой раковине. Сашиель сунул голову под струю ледяной воды, стараясь хоть как-то избавиться от того, что стойко маячило перед глазами. Но разверзшийся локальный апокалипсис как будто перенесся из реальности прямо в его существо. Он моргал, жмурился, но никак не мог прогнать из своей памяти то, что видел. Его человеческое сердце сжималось от не причиненной ему самому боли, которая упрямо казалась его собственной. Будь он человеком, его бы стошнило, но он был ангелом. Он не мог ни забыть, ни хотя бы на время потерять сознание. И он, вытащив голову из-под струи воды, задышал ртом, как будто задыхался, и прижал руку к колотившемуся сердцу. Закрыл глаза, но было видно, что мускулы его лица подрагивают, как если бы он пытался сдержать боль.
Все это происходило по его вине. Он не уследил, он не заметил чего-то, упустил – и теперь не его руки были по локоть в крови, он тонул в этой крови, по самые кончики своих духовных крыльев.
Херувим поднял голову, но в отражении зеркала, висящего над раковиной, на сей раз не увидел никого, кроме себя. Голубые, бледные глаза были глазами ангела, а не того, кому когда-то принадлежало это тело. И в этих глазах был страх. Яростными движениями, выдававшими его смятение, Сашиель вытер лицо полотенцем.
– Я всего лишь говорю с самим собой, – зло и горько сказал он своему отражению. – Тебя нет. Давно нет. В этом мире больше ничего нет, кроме смерти.
Он протянул руку, чтобы прикоснуться пальцами к отражению, хотя ему больше хотелось ударить по зеркалу кулаком, чтобы больше не видеть этих пустых глаз, своих пустых глаз. Как он устал терять людей, более или менее близких, но одинаково дорогих. Они оставляли его, уходили один за другим, и он ничего не мог с этим поделать, как будто пытался удержать воду этими человеческими пальцами. Они покидали его, как будто он был недостоин их настолько, что лучше было умереть. В бессильной злости он швырнул полотенце в раковину и поспешил прочь из ванной. Надо разыскать ее, наверняка она где-то близко, настолько, что услышит его, она всегда рядом с ним.
Далила. Ему была необходима его Далила.
– Далила! – рявкнул ангел, распахивая дверь и входя в собственную спальню.
Его сотрясали злость, и ненависть, и страх, и терзала ужаснейшая боль, поселившаяся глубоко в сердце. Чем старше становилась его подопечная, тем сильнее он боялся, не обнаружить ее по возвращении на привычном месте. Боялся, что дал ей слишком много свободы для этого нового мира, подконтрольного таким, как он сам. Боялся и того, что из-за стен его дома за ней придет какой-нибудь ангел, которому она понравилась, или служитель, который понравился ей, и он больше не сможет защитить свою маленькую девочку. Он, ангел, херувим, не мог защитить не то что многих – одного человека. Он бы даже сказал: одного за другим.

+1

3

Далила от неожиданности выронила книгу, в которую, кажется, зарылась с головой. Увлеклась настолько, что не услышала знакомых шагов, не среагировала на шумевшую в ванной комнате воду. Сашиель не наказывал ее ни разу, даже если ловил на вовсе неподобающем поведении, но книги - даже по телевизору не раз и не два повторяли - были просто средоточием греха, и погружаясь в ровные, напечатанные черным по белому строчки, Далила, казалось, окуналась в глубинное распутство. Пусть в книге и не излагалось ничего иного, кроме строения человеческого тела и различных его функций. Яркие иллюстрации пестрели непотребствами, от которых краснели уши, и при одной только мысли, что вот это все так работает, и что у ангелов, возможно, тоже в какой-то степени и...

- Привет, - улыбнулась Далила, мысленно готовясь выдать самооправдательную речь, но тут же ее и проглотила. Сашиель редко баловал ее в последнее время эмоциями, отгородившись стеной, спрятав былое тепло на самом дне небесного цвета глаз, поэтому она, с присущей внимательностью и терпением научилась различать изменение в настроении по мельчайшим знакам, читать скрытое под плотными ангельскими крыльями. Но сейчас от обычно спокойного и невозмутимого Сашиеля фонило живыми эмоциями. Далила едва не захлебнулась этим щедрым даром, растерявшись поначалу, словно застигнутая на отмели внезапным прибоем, не в силах понять, что именно взволновало ангела. На долю секунды ее сердце забилось быстрее при мысли, что тот, наконец, решился преступить ту черту, которую сам и нарисовал между ними. Но лишь на долю секунды.

- Что случилось? - упавшим голосом спросила она, невольно хватаясь тут же побелевшими от напряжения пальцами за подол юбки - экстремально короткой, как и весь ее обновленный гардероб. Сейчас Далиле ее внешний вид показался неуместным, захотелось скрыть колени инстинктивным желанием человека, застигнутого врасплох, на месте преступления. - Ты же не...

Сама мысль о том, что ангелу кто-то осмелится причинить вред, казалась богохульственной. При мысли же, что кто-то принес хоть тень страдания ее ангелу, Далилу бросило в жар. Она забыла о всех обещаниях, которые Сашиель когда-то вытребовал, и подалась вперед, ближе, чтобы взять за руку, коснуться кожи, забрать себе всего, до кончиков взъерошенных, еще влажных от холодной воды волос.

+1

4

Несколько долгих секунд он стоял, глядя на нее и не шевелясь. Он хотел ее видеть, но что он мог сказать ей, что он вообще мог позволить сказать себе такого, что можно сказать при девочке, свято верящей в правильность этого мира и не видевшей другого? Ему хотелось кричать, проклинать братьев и Отца, причинить кому-нибудь боль, много боли, чтобы слышать крики и чувствовать, как хрустят под пальцами чужие хрупкие кости – и все это было тем, что нельзя видеть его маленькой девочке. Что он мог позволить себе, чтобы не напугать ее?
Впрочем, Далила сама приняла за него решение, и Сашиель благодарно впился пальцами в ее тонкую, прохладную руку – прохладную, потому что сам он, кажется, пыхал жаром, как в горячке, в лихорадке. Ангел рывком прижал девочку к себе и впившись в нее пальцами с такой силой, будто она была единственным, что у него осталось. Только вблизи он действительно понимал, насколько его Далила маленькая и хрупкая, особенно с этой разницей между ее ростом и ростом его сосуда. Сашиель уткнулся лицом в ее волосы, касаясь их губами и вдыхая их запах, такой привычный после стольких лет. Он гладил ее волосы и ее спину, и его пальцы подрагивали. После того, что он видел, он боялся потерять ее еще сильнее прежнего. Ему казалось, что рядом с ним все живое рано или поздно погибает.
Как он мог рассказать ей о том, что случилось?
– Они все умерли. Все. Целый город, – глухо проговорил ангел, подняв голову. На его лице застыло выражение муки.
Медленно, как если бы силы постепенно, по капле, покидали его, херувим выпустил девочку из своих объятий. Напоследок его пальцы нежно скользнули по ее хрупкой, человечески-хрупкой, спине. Он сделал шаг назад, еще один, борясь с тем, что не мог сдерживать в себе даже когда совсем рядом стояла его воспитанница, и принялся ходить из одного конца комнаты в другой.
– Ничтожества! Мелкие садисты! О Отец, за что?! – последние слова он буквально простонал, словно мучимый болью. – Как мы вообще смели прийти сюда?! – он остановился на секунду, в ужасе глядя в некую одному ему видимую точку в пространстве, и запустил пальцы правой руки в мокрые волосы, взъерошивая их. – Самодовольные ублюдки, недоумки, безмозглые, шумные, крикливые петухи, ухитрившиеся загадить целую планету и теперь доклевывающие ее жалкие остатки!
Он говорил – словно плевался ядом, выплевывал все эти слова с ненавистью и презрением. К своим братьям и к самому себе, потому что он был одним из них. Он задыхался от этой ненависти, и от него же его трясло крупной дрожью, трясло так, что это было видно невооруженным взглядом. Он замер на месте и снова закрыл глаза, закусывая нижнюю губу. Теперь он уже не кричал – шептал:
– Как же мне хочется убить их всех, моих братьев.

+2

5

Далила следила за Сашиелем полным непонимания взглядом, все еще ошеломленная внезапным натиском. Растирала ладонью наливающиеся синевой следы на запястье, то ли стараясь их стереть, то ли пытаясь втереть в кожу, оставить их навсегда меткой принадлежностью жестом отчаявшегося человека. Тщетно пыталась уловить причину вспышки, понять, отчего от ангела идут густые, почти физически ощутимые волны еле сдерживаемой ярости. Не понимала происходящего.

- Не говори так! - почти испуганно воскликнула Далила, уловив только последнюю фразу. Невольно съежилась, ожидая немедленной расправы: слова Сашиеля возводили хулу на Небесное Царство, что не прощалось. Никому. В сотни раз хуже, чем убить человека. В десятки раз страшнее, чем пропустить ежедневную молитву. Она сначала испугалась - и только спустя долгое мгновение поняла, о чем именно говорит ангел. И страх ее только стал сильнее.

- О чем ты? - переспросила Далила в надежде, что все неправильно поняла. Она готова была принять Сашиеля любым, в любом сосуде, но его слова о своих же братьях выбивали землю у нее из-под ног. - Так же... так нельзя говорить. Ангелы, они... вы, вы принесли нам справедливость. Счастье. Царство небесное стало земным, - она сплела пальцы в молитвенном жесте. - И если ты избавлялся от скверны, в этом нет ничего нечистого.

Далила рассмеялась нервным смехом.

- Ты шутишь, да? Проверяешь? Ты же знаешь, что я не из ослушников. Я не хочу быть наказанной, - добавила она вполголоса, теряясь. Сашиель не может всерьез осквернить себя. Не может?

0


Вы здесь » REVELATIONS » ГЛАВА II: БЫЛОЕ И ГРЯДУЩЕЕ » Hey there Delilah


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC